Пересекая Пустоту [СИ] - Сергей Стражный

Александр вывел из комнаты все еще прибывающего в полной прострации ученого, а Риока обернулся к противоположной стене комнаты. В ней неожиданно открылся незаметный ранее дверной проем, из которого вышла Верданди, наблюдавшая за беседой из-за односторонне прозрачного стекла:

— Ну как?

— Всяко лучше чем два месяца назад, когда седьмому номеру переклинило мозг от разных установок, или месяц назад когда пришлось тереть память и шить новые личности для Арониро Аруруэри. — неожиданно Серый Лорд зевнул и указав девушке на кресло, занимаемое раньше Октавой, сам прошелся по комнате вдоль стены с окном. — Хотя метод корректировки личности, все еще недостаточно проработан, но уже вполне работоспособен. Все же зов реатсу Велеса, как-никак, но застывшего в шаге от становления существом второго порядка, может воздействовать и на арранкаров, как и реатсу Айзена, кстати. Правда у нашего чемпиона не получается точно манипулировать зовом на сознание, контролируя результат. Но усилия Урд, Багиры и еще нескольких мозголомов из инквизиторов устранили эту проблему. Фактически Велес выступал в роли инструмента воздействия, а все остальные управляли процессом. В результате получилась очень качественная промывка мозгов, — вышагивающий вдоль стены арранкар скривился, но продолжил свою лекцию, — Да и не было у Октавы серьезного стержня воли, фанатичной преданности каким-либо убеждениям, или проблем с самоидентификацией, так что на лицо более-менее положительный результат. — Риока, прервавшись, на секунду задумался, — в общем, я думаю можно будить и остальных. Хотя я бы и понаблюдал за поведением уже имеющихся экземпляров. Заэля я буду помещать в лаборатории, содержащих небольшой процент реатсу Велеса, думаю так я смогу закрепить положительные изменения в его личности. А близнецы с трудно выговариваемыми именами это вообще результат череды безумных операций, даже удивительно, что все удалось. Однако и медикам и нам придется ближайшие годы следить за ними, очень надеюсь, что удастся добиться прогресса развития личности, но пока сомневаюсь… — Риока прервался, посмотрев на Верданди, которая делал вид, что все понимает. Вздохнув он сменил тему. — Ты до сих пор уверена, что на Ноитру и Улькиору не нужно накладывать контролирующие кидо?

— Да, — голос Королевы прозвучал уверенно, — думаю из них и так можно будет вырастить преданных Королевству бойцов.

— Воля ваша, но я против.

— Я это учту. — Королева пару секунд помолчала, после чего задала интересующий ее вопрос, — как ты догадался, что он лишь притворяется геем?

— Ткнул пальцем в небо. Подобное ему поведение очень удобно для того, чтобы более сильные и более гордые личности, чем он, увидев подобное поморщившись, отвернулись и больше не обращали на него внимание.

— Вот как, а если бы он и в правду оказался, лазурной раскраски?

— Не знаю, — Риока хмыкнул, — вариантов масса, вплоть до того, что в конце концов Королевство получило бы ученого пусть и менее гениального, с более плохой памятью, но традиционной ориентации.

— Нда, — Королева тоже хмыкнула, — толерантность не входит в число твоих достоинств?

— Не знаю, что ты понимаешь под понятием «толерантность»? По мне, подобные пороки могут плодиться в любых количествах, но на расстоянии выстрела серо от моего ареала обитания. Так что в какой-то степени я толерантен. Пусть я и чересчур консервативен, но, если есть возможность не дать Королевству заразиться на первый взгляд невинной болячкой, могущей в будущем, как и принести, так и не принести целый ворох проблем, то я все же постараюсь этой возможностью воспользоваться. Судьба сама найдет с какой стороны ударить, незачем самим подставляться, тем более не зная рецепта лекарства.

Риока замолчал усевшись, за свой стол и сложив руки домиком. Верданди в очередной раз обратила внимание на его искалеченную руку. В последнее время Серый Лорд предпочитал одежду с чуть более длинными рукавами, чем необходимо. Вдобавок он так изменил свою моторику, что если заранее не знать, что рука искалечена, то и никогда не догадаешься, что из левого рукава торчат кончики лишь трех пальцев не потому, что остальных не видно, а потому, что их нет. Задумавшись, девушка решила задать давно интересующий ее вопрос:

— Риока, извини, я знаю, что даже Скульд не смогла вылечить твою руку, но почему ты сам ничего не сделаешь с этой проблемой? Я ведь читала твои отчеты по возможности изменения тела, да и Арониро Аруруэри, более чем наглядный пример возможностей твоего отряда…

— Облик Арониро и Аруруэри во многом есть результат эффективного использования их силы, когда захотят сами расскажут, что же касается моего увечья… — Риока безразлично посмотрел на свою руку, сейчас больше напоминающую птичью лапу. — Не поверишь, но мне так проще, я как-то раз приделал себе пару недостающих пальцев. Был у меня образец вполне себе управляемого и совершенного протеза, но… он мне не нужен, это стало сразу понятным, как я его применил. У меня такое ощущение, будто у меня всегда было три пальца.

Верданди с интересом выслушала рассказ:

— И как же ты получил это увечье?

— Не помню.

Девушка ясно осознала, что ее друг не хочет распространяться на эту тему. Что ж у каждого есть свои скелеты в шкафу. К тому же Риока явно жалел, что вообще поддержал диалог на эту тему, и решил поскорее закончить его:

— А теперь извини у меня горы работы, по основным направлениям, и это еще не говоря о необходимости вводить изменения в тела Ями и Бараггана. Так что прости, но мне не до разговоров. — серый лорд на секунду прервался и как-то потускнев закончил, — Знаешь, Верданди, не сочти это за депрессию, но с этой работой я сунулся в ту сферу деятельности, куда, пожалуй никому кроме Бога лезть пока на стоит. Все мои поделки выглядят, как работа топором и кувалдой на фоне детали выполненный на высокоточном лазерном станке, и все равно в конечном итоге мне приходится отдавать все в руке природы, и надеяться, что не слишком накосячил. Ты знаешь, что я больше всего не люблю некачественно выполненную работу, поэтому даже если ты мне прикажешь, более я на такие эксперименты не пойду.

— Понятно, и, тем не менее, удачи. — Девушка кивнула и, встав, не торопясь прошествовала к выходу. В дверном проеме она остановилась и с грустью посмотрела на арранкара, уже застывшего посреди комнаты и окруженного непонятными светящимися схемами. Чем меньше времени у него оставалось, тем более жестким и жестоким становился Риока, что наглядно проиллюстрировал диалог с Октавой, на которого Риока обращал необходимый минимум внимания. И многие его нынешние решения были хоть и эффективны, но более чем сомнительны в моральном аспекте, но Королева будет последней, кто его осудит. Во-первых, она отчетливо видит, чего ему стоят подобные решения, а во-вторых, она сама вынуждена действовать так же. Время не ждет, и не думает замедлять свой бег, что бы дать передышку.

Ичиго сосредоточенно мерил шагами небольшую асфальтовую дорожку, отделяющую его от двери, которую Куросаки все никак не мог решиться открыть.

Для кого-то осознание или озарение (сатори, и прочие названия момента понимания истины) приходит мгновенно, для кого-то постепенно. Ичиго был ярким представителем второго вида. И не потому, что до него все доходило как до жирафа, а потому, что понимание сути свое жизни и ее цели, задача отнюдь не простая, и дается немногим. Более того, зачастую решению подобной задачки меняется несколько раз в течении жизни. Однако сейчас, оглядываясь назад, Куросаки признал одну простую истину. Его недолгое пребывание на должности временного шинигами, серьезно изменило его. Он и раньше отличался повышенным чувством справедливости, а, получив в свои руки Силу, он смог действительно защищать дорогих для себя людей.

Возможно это и глупо, но, потеряв свою духовную силу, Ичиго ощутил что потерял часть самого себя. Человек может быть счастлив только в том случае, если он занят работой, которая ему нравится. Трудно признать, но постоянные битвы, а так же возможность с мечом встать на пути силы, стремящейся опрокинуть твой мир… эти чувства очень приятны. Они пьянящи. Однако у каждой вещи есть как минимум две стороны, и в данном случае Ичиго познал и вторую составляющую Силы, Страх. Не перед смертью, и не перед врагом. А перед тем, что твоей силы может не хватить! Тот давний разговор со странным шинигами Гином, основательно перекорежил мозг. Ичиго потом специально поинтересовался у Урахары историей этого шинигами. Вот уж действительно повесть о том, как можно жить, сосредоточив все свои силы на одной Цели и, в конце концов, потерпеть поражение из-за недостатка силы. Понимание того, что со своим детским желанием быть героем он, мог оказаться в такой же ситуации, было страшным. Ведь в таком случае он не отделался бы лишь своей смертью или тяжелым ранением. От этих мыслей хотелось бежать не останавливаясь. Но… Ичиго был не из тех, кто бежит от своих страхов. Для кого-то это глупость, для кого-то храбрость, для Ичиго… норма пожалуй?